Центральная Азия
Понедельник 23 октября 2017

Центральная Азия

Центральная Азия

  • Бахтиёр Эргашев. Коротко о главном

    Вопрос: В медиа пространстве бытует мнение, что, несмотря на очевидное завершение процесса транзита власти в Узбекистане, окончательный переход не был завершен. Все главное якобы впереди. Не могли бы Вы, поделиться мнением по этому поводу?

    Ответ: Транзит власти был завершен с момента избрания нового президента и это очевидно. Все остальное, о чем постоянно говорят в СМИ, является лишь внутриполитическими процессами, которые эндогенны и никаким образом не зависят от так называемого процесса транзита власти.

    Вопрос: С приходом нового президента, как может измениться внутренняя политика страны? Будут ли какие-либо кардинальные изменения?

    Ответ: Действующие власти Узбекистана и президент страны не станут кардинально менять политический курс государства, как внутри него, так и на международной политической арене. Необходимо отметить, что новое руководство государства работало при первом президенте РУ И.Каримове и принимало непосредственное участие в реализации всех политических, экономических и социальных реформ. В связи с этим возникает вопрос, зачем кардинально изменять то, что работало многие годы, и показывало достойные результаты?

  • Безопасность стран Центральной Азии

    Афганистан как составная часть Центральной Азии, как известно, всегда занимал особое значение в геополитических целях ведущих держав мира.
    Безопасность Афганистана и установление стабильности в регионе находится в зоне интересов Центрально-Азиатских государств, которые обеспечиваются политическими интересами держав, деятельностью международных организаций и вовлечением самого Афганистана в региональный экономический процесс.

    Тем не менее, складывающаяся в настоящее время ситуация в Афганистане, свидетельствует о наличии тенденции к росту напряженности в регионе в целом.

    Так, по имеющимся данным, полученным в процессе анализа ряда СМИ и мнений экспертов есть веские основания ожидать дальнейшую дестабилизацию обстановки в Афганистане.
    В частности, в данное время отсутствует единство в официальных структурах афганской государственности, наблюдается резкий скачок политического кризиса правительства национального единства (ПНЕ) и усугубляется противостояние между официальным Кабулом и вооруженной оппозицией.

  • Каспийское море не позволяет себя разделить

    Рабочие группы Азербайджана, Ирана, Казахстана, России и Туркменистана уже много лет работают над проблемой по согласованию позиций пяти прикаспийских государств по определению правого статуса Каспийского моря. Эта проблема возникла после распада Советского Союза в связи с увеличением числа прибрежных стран с двух (СССР и Иран) до пяти (Азербайджан, Иран, Казахстан, Россия и Туркменистан) и окончательно до сих пор не решена. В настоящее время правовой режим моря определяется устаревшими Договорами между РСФСР и Персией от 1921 года и торговле и мореплавании между СССР и Ираном от 1940 года. Новый договор между пятью государствами по разделу вод и дна Каспия не получается заключить вот уже на протяжение почти 17 лет. Почему? У всех прикаспийских государств национальные интересы накладываются на приоритеты соседних стран. Шельф богат углеводородами, которые нужны всем.

  • Нефтегазовый прорыв Узбекистана на новом этапе

    Новый этап развития Узбекистана, связанный с приходом к власти Шавката Мирзиёева характеризуется интенсификацией работы правительства Узбекистана по целому ряду направлений, как внешней, так и внутренней политики. Одним из важнейших направлений экономической политики стало развитие нефтегазовой отрасли Узбекистана.

    Почему это важно
    Нефтегазовая отрасль является значимым сегментом экономики Узбекистана и имеет важнейшее значение для развития экономики страны. На нефтегазовую отрасль Узбекистана приходится около 16% ВВП страны, а в доходной части бюджета ее доля составляет более 20% .

  • Перспективы продвижения программы «Один пояс – один путь» в странах ЦА

    Страны Центральной Азии остро нуждаются в иностранных инвестициях для их экономического роста, многие из которых, оказавшись в разгаре экономического кризиса, рассматривают Китай в качестве главного донора.
    14-15 мая т.г. в г.Пекин прошел крупный международный форум «Один пояс – один путь», где присутствовали делегации из 110 стран мира, в том числе 29 глав государств, руководители МВФ и Всемирного банка.

    В ходе форума обсуждались вопросы по выделению инвестиций на строительство промышленных предприятий, нефтегазовой и транспортной инфраструктуры, которая будет соединять КНР со странами Центрально азиатского региона, Евросоюза и Африки. КНР в стремлении продемонстрировать серьезность иностранных обязательств гарантировала выделение 124 млрд. долл. в виде инвестиций.

  • Перспективы реализации стратегических целей КНР в Центральной Азии в контексте Экономического пояса «Шелковый Путь»

    Китайская инициатива, выдвинутая в 2013 г. Си Цзиньпином имеет большой набор различных экономических проектов. Экономический пояс Шелкового пути это долгосрочная геополитическая инициатива, которая имеет особую актуальность и значимость в связи с потребностью расширения торгово-экономического сотрудничества, подразумевающий собой поиск новых рынков сбыта производимой продукции и прямое привлечение инвестиций для реализации, вырабатываемых проектов. Основная суть и идея состоит в том, чтобы связать Китай со странами Европы через Центральную Азию и Россию. При этом Китай не создает жестких рамок или конечных целей и результатов, главное место отводиться глобальному экономическому и политическому партнерству, путем выстраивания транзитно-транспортной системы и ликвидации различных торговых и инвестиционных барьеров. О серьезной геополитической составляющей проекта говорит объединение всех китайских инициатив в одну концепцию «один пояс – один путь», а также включение последней в пропагандистский арсенал МИД КНР с акцентом на новую политику в отношении сопредельных государств. На это же указывают важные уточнения, которые появились в «Дорожной карте» практической реализации концепции «один пояс – один путь».

  • Перспективы сотрудничества Японии и стран Центральной Азии

    Геополитическое положение Центральной Азии, ее природные богатства привлекают многие высокоразвитые страны, включая Японию, которая еще в 1997 г. разработала план политических действий в отношении центрально-азиатских государств под символическим названием «Шелковый путь». Страна восходящего солнца осуществляет двустороннее сотрудничество с каждым из государств, а также ведет коллективный диалог, инициировав в 2004 г. проведение форума «Центральная Азия+Япония».

    1 мая в Ашхабаде состоялось уже 6-ое Совещание глав МИД стран Центральной Азии и Японии в рамках этого диалога. Министры иностранных дел стран форума подвели итоги председательствования Туркменистана и определили новые перспективные направления регионального сотрудничества. В этом контексте была выражена признательность правительству Японии за всемерную поддержку усилий стран Центральной Азии по достижению целей устойчивого развития и решению социально-экономических задач.

  • Роль международных НПО в оказании помощи жертвам торговли людьми в Кыргызстане

    Статья посвящена одной из глобальных проблем человечества - торговле людьми. Рассмотрены национальное законодательство Кыргызской республики в области борьбы с торговлей людьми, а также деятельность международных организаций в противодействие торговле людьми.

    Торговля людьми - это глобальная проблема, которая затрагивает жизнь миллионов людей практически в любой стране мира. Ежегодный объем торговли людьми в мире составляет более 2,5 миллиона человек.
    В Кыргызстане фиксируется около 5 тысяч случаев торговли людьми.
    По оценкам международных экспертов Кыргызстан является страной вывоза, транзита и назначения жертв торговли людьми. Вместе с тем, практика показывает также о наличии в стране внутреннего трафика людей с целью эксплуатации. Наиболее распространенной формой является трудовая эксплуатация мужчин и женщин, а также сексуальная эксплуатация женщин.

  • Центрально-азиатская политика глобальных игроков

    Политика США, Китая и России в Центральной Азии по сравнению с Ближне-Восточным, Восточно-Европейским и Азиатско-Тихоокеанским регионами показывает, что конфронтационный потенциал между крупными державами существенно снизился. Вашингтон, Пекин и Москва, в рамках национальных стратегий стремятся усилить свой удельный политический вес в странах региона, развивая сотрудничество в различных сферах, где  экономика и сфера безопасности являются ключевыми.

    КНР. Интересы Китая в Центральной Азии на практике реализуются в концепции проекта «Экономического пояса Шелкового Пути» (ЭПШП) и стремлением обеспечить безопасность собственных инвестиций от сопутствующих угроз.

    В 2016 году Пекин традиционно продолжал развивать в ЦАР долгосрочные экономические связи. 

    К примеру, летом, с Узбекистаном достигнуто соглашение о создании на территории Бухарской области крупнейшего в регионе продовольственного транспортно-логистического центра. В рамках проекта китайские инвестиции составят около 30 млн. долл. США.

  • Чего бояться Центральной Азии

    Сегодня все экспертное сообщество, специализирующееся по странам Ближнего Востока (БВ) и Центральной Азии (ЦА), считает основным источником угроз безопасности для центральноазиатского региона и главным препятствием для реализации перспективных экономических проектов – нестабильное положение в соседнем Афганистане и активизация группировок под эгидой «Исламского государства» (ИГ). Однако оснований для панических настроений по этому поводу нет.

    Безусловно, в ЦА имеются проблемные места, где существуют вероятность попыток дестабилизации обстановки на локальном уровне. Одним из таких мест является протяжённая и слабозащищенная граница между Афганистаном и Таджикистаном. По некоторым оценкам, сегодня, таджикские пограничные подразделения не способны самостоятельно защищать более половнины этой границы от проникновений террористов на территорию страны. Помимо самого Таджикистана, это несёт угрозу безопасности и соседней Киргизии, где отмечается резкий рост исламистских и националистических настроений.

  • Чего бояться Центральной Азии – 2

    По просьбам, поступившим от наших читателей после написания первой части этой статьи, возникла необходимость продолжить знакомить вас с угрозами для Центральной Азии (ЦА) исходящими из неспокойного Афганистана.
    Помимо «Исламского государства» (ИГ) и «Исламского движения Талибов» («Талибан»), о которых говорилось в первой части статьи, существуют и другие экстремистские организации такие как: «Исламское движение Узбекистана» (ИДУ), «Хизб-ут Тахрир аль-Ислами» («Хизб-ут Тахрир»), «Исламский Джихад» и таджикоязычная организация «Джамаат Ансаруллох». По оценкам экспертов в ЦА существует более десяти организаций экстремистского толка, различного масштаба, но со схожей идеологией – установления исламского Халифата в регионе и постепенном экспорте данных идей и порядков на север. Рассмотрим некоторые из них.