Мы на пороге «Нового мира»

90 лет назад, в октябре 1929 года, с паники на Нью-Йоркской фондовой бирже начался мировой экономический кризис. К концу года паника вышла далеко за пределы Нью-Йоркской биржевой площадки. Останавливались предприятия, увольнялись десятки и сотни тысяч работников, происходили банкротства американских компаний, не только мелких, но и гигантов…

К 1930 году экономический кризис охватил Европу, Латинскую Америку, Азию, стал мировым. Падение производства (рецессия) повсеместно продолжалось до 1933 года. Национальный доход Америки с 87,8 миллиарда долларов в 1929 году упал до 40,2 миллиарда в 1933 году. Потерпели крах более 135 тысяч торговых, промышленных, финансовых компаний. За три года кризиса обанкротились почти половина американских банков.

Затем падение остановилось, началась фаза стагнации (застоя). В разных странах властями предпринимались титанические усилия по вытягиванию своих экономик из болота застоя. Популярными стали идеи английского экономиста Джона Кейнса, который выступал за активное вмешательство государства в экономическую жизнь. Основную причину возникшего кризиса Кейнс видел в диспропорции между производством товаров и услуг, с одной стороны, и ограниченным платёжеспособным спросом населения – с другой.

До Кейнса, о том же самом в 60-е годы XIX века писал в «Капитале» Карл Маркс, полагавший, что в рамках капиталистического способа производства данное противоречие непреодолимо. Кейнс так не считал, он предлагал компенсировать недостаточный платёжеспособный спрос населения спросом со стороны государства, используя государственный бюджет для закупок товаров и размещения заказов. Военные заказы и военные расходы государства, по мнению Кейнса, вполне годились для компенсации недостКейнсианские методы не сотворили чуда. Все имевшиеся на то время экономические методы оживления хозяйства были исчерпаны.

Это неминуемо подводило правящие круги Запада к мысли о том, что единственным выходом из экономической стагнации, ставшей хронической, может быть война. Причём война большая, мировая.

На примере Первой мировой США поняли, что глобальные вооружённые конфликты могут радикально менять экономическое положение страны. Накануне Первой мировой США были самым крупным в мире международным должником (по долгам частного сектора экономики; по государственным долгам на первом месте находилась царская Россия). А по окончании Первой мировой войны Америка стала крупнейшим нетто-кредитором, доллар США превратился в мировую валюту наряду с британским фунтом.

Война – мощнейший аргумент для государства наводить в капиталистической экономике железный порядок с помощью административно-командных методов. Никакое кейнсианство на это неспособно. И Вторая мировая война, начавшаяся 1 сентября 1939 года, стала средством выхода мирового капитализма из опасно затянувшейся стагнации.

 В 2007-2009 гг. мир переживает глобальный финансовый и экономический кризис. Кризис этот не привёл к ликвидации всех накопившихся в экономике диспропорций. После окончания в 2009 году острой фазы (рецессии) наступила стагнация (депрессия), за которой должно было бы последовать оживление. Оживления ждали год, другой, третий, но ожидания не оправдывались. Сегодня на календаре 2020 год, но оживления так и нет. В 1930-е годы стагнация длилась с 1933 по 1939 год, шесть лет.

Стагнация после кризиса 2007-2009 гг. длится уже 11 лет. Западу необходимо что-то делать, в особенности, наблюдая со стороны бурное развитие Китая. Экономическую динамику Китая последних трёх десятилетий можно однозначно назвать фазой подъёма. Таких длительных подъёмов не знала ни одна страна Запада за всю историю капитализма.

На ум представителям западных правящих кругов не раз приходила мысль развязать большую войну и с её помощью ещё раз преодолеть проклятые противоречия капиталистического способа производства. Мысль очень заманчивая, но одновременно – смертельно опасная. Ведь первые две войны обходились без ядерного оружия и иных видов оружия массового поражения (ОМП). Третья мировая война неизбежно потребует применения ОМП. Нужна была какая-то замена мировой войне, которая могла бы помочь чудесным образом выровнять дисбалансы капиталистической экономики, оживить её, сохранить статус-кво правящей верхушки.

Альтернативой горячей войне может быть война холодная, которую сегодня предпочитают называть гибридной. Она предполагает использование для борьбы с противником финансовых, торгово-экономических, психологических, информационных средств, кибероружия, особых методов спецслужб, но всё это не даёт властям полномочий, позволяющих перейти от рыночных методов управления экономикой к административно-командным.

И тут появился коронавирус. Власти начали раздувать угрозу, создавая в обществе атмосферу страха. Пользуясь страхом, власти получают неограниченные полномочия, начинают активно вмешиваться в экономику. Такие методы противоречат принципам «цивилизованного» капитализма, но, как говорят, административно-командное управление не будет вечным. Как только диспропорции экономики будут исправлены, всё вернётся на круги своя: опять вернутся рыночные методы управления, опять будет восстановлен «цивилизованный» капитализм, начнётся оживление, переходящее затем в экономический рост…

Эксперты говорят, что режим «чрезвычайного экономического положения» продлится до конца года. Максимум до середины следующего. «Вирусная война» будет молниеносной и победоносной. За это время пройдут массовые банкротства, будут ликвидированы долги и требования на суммы, измеряемые многими триллионами долларов. Произойдет сдувание пузырей на фондовом и других финансовых, а также товарных рынках и рынках недвижимости. Капитализация компаний обвалится на многие триллионы долларов. Экономика снова станет «дышать», начнётся оживление, переходящее затем в долгожданный рост.

Стоит заметить, что «вирусная война» закончится не тогда, когда медицинская статистика покажет значительное снижение числа инфицированных и умерших от коронавируса, а тогда, когда фондовые и другие рынки достигнут дна. В этот момент хозяева денег скупят на корню обесценившиеся активы и выйдут на новый уровень контроля над мировой экономикой. Решение об окончании «вирусной войны» будут принимать не эпидемиологи, а хозяева денег.

После этого начнётся экономический рост. Когда он закончится, экономика войдёт в очередную рецессию, и тогда правящие круги Запада опять придумают какой-нибудь вирус. И опять повторится спектакль под названием «борьба с пандемией». Такова принципиальная новая схема экономического цикла. Его впору назвать вирусно-экономическим циклом.

Хозяевам денег, организовавшим нынешнюю пандемию, бесконечное циклическое экономическое развитие не нужно. Равно как им не очень-то нужен и капитализм. Их интересует конечная цель – власть над миром. Они мечтают об установлении нового мирового порядка, где не будет национальных государств, где утвердится мировое правительство. Этот порядок уже не будет иметь ничего общего с классическим капитализмом. Его можно будет назвать новым рабовладельческим строем или новым феодализмом.

Начавшаяся вирусная война обнажила планы мировой элиты, засветила её агентуру, выявила многие секреты её подрывной деятельности. Пандемия заставит миллионы людей в мире задуматься над тем, над чем они до этого не задумывались, полагая, что проект нового мирового порядка – это фантазии кучки конспирологов. Результатом станет (уже становится) готовность миллионов людей во всём мире бороться. Нет, не с коронавирусом, пусть им занимаются медики и другие профессионалы, а с хозяевами денег.

Прочтите также

Материалы автора: Sherzod Abdulkhasanov

Таджикский журналист-обозреватель. Специализирующийся на освещении событий, происходящих в политике и общественной жизни Таджикистана. e-mail: Abdulkhasanov@polit-asia.kz

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Яндекс.Метрика
en_US
ru_RU en_US