Нефтяной Таджикистан

Состояние экономики и социальной сферы в Таджикистане напрямую зависит от цен на горюче-смазочные материалы (ГСМ). Более того, именно они определяют стоимость товаров на полках магазинов. И если цена на ГСМ в Таджикистане поднимается на один сомони (0,097 доллара), в тот же день в республике дорожают продукты питания, особенно экспортные.

Сегодня один литр бензина в Таджикистане стоит в среднем от 7 до 8 сомони или примерно 0,8 доллара. Для сравнения — в Кыргызстане его можно приобрести за 0,65 доллара, в Казахстане — за 0,56 доллара, а в Узбекистане — за 0,52 доллара.Ситуация год от года лучше не становится, и ГСМ стабильно – весной и осенью – обновляет ценовой рекорд.

Почему так происходит, если в стране есть запасы нефти и газа и даже собственные НПЗ ?!

Происходит это потому, что большую часть нефтепродуктов, увы, приходится ввозить из-за рубежа. Основные поставщики — Россия, Казахстан, а также Туркменистан.

Россия остается крупнейшим игроком на рынке, обеспечивая 91,5% импорта нефтепродуктов, треть которого приходится на бензин. И во имя давней дружбы Таджикистан предоставляет определенные льготы своему северному партнеру. Так, с 2013-го между странами действует соглашение о беспошлинном ввозе до миллиона тонн топлива в год. Все, что идет свыше этого объема, оплачивается дороже.

Всего по итогам восьми месяцев 2020-го из России в Таджикистан импортировано 228 тысяч тонн нефтепродуктов. В планах у Москвы и Душанбе довести объем поставок аж до 570 тысяч тонн.

Зависимость от зарубежной нефти (поставки которой практически невозможно диверсифицировать в виду отсутствия приемлемой альтернативы) остро беспокоит руководство страны.

Хуже того, дорогое топливо препятствует развитию малого и среднего бизнеса. Чем оно дороже – тем дороже логистика и выше стоимость производства.

Как и в других странах региона, большинство автомобилистов в Таджикистане в качестве альтернативы дорогому бензину выбирают сжиженный природный газ (СПГ), литр которого стоит 4,4 сомони (0,43 доллара). Этим топливом пользуется приблизительно 60% водителей страны. Однако и это не способно решить проблему полностью, без бензина автопрому все равно не обойтись.

Единственным выходом снизить зависимость Таджикистана от импорта ГСМ является добыча своей нефти и строительство нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ).

Со второй задачей республика справляется. В последние годы в стране сдали ряд НПЗ. А вот первую решить никак не удается.

Потенциально в недрах Таджикистана находится более 113 миллионов тонн нефти и 863 миллиарда кубометров газа. Некоторые чиновники и эксперты оптимистично предсказывали Таджикистану едва ли не будущее Техаса. Однако сейчас эти показатели гораздо более скромные: в 2017-м удалось достать лишь 23,4 тысячи тонн нефти и 1,4 миллиона кубометров газа. После 90-х годов практически все скважины были законсервированы, а к приходу в 2000-х крупных холдингов в стране добывалось всего 2% нефти и газа от общей потребности страны.

Причины падения добычи нефти и газа вполне объективны: из 20 месторождений большинство находятся на поздней стадии освоения, то есть израсходованы на 80-85%, присутствует высокая обводненность скважин (80-90%), а новые залежи до сих пор не найдены. Кроме того, в Таджикистане не хватает подготовленных для бурения площадей из-за недостаточного финансирования, отсутствуют технические ресурсы и спецтехника для капремонтов скважин.

В итоге многократные попытки привлечь зарубежных инвесторов к масштабной, высокодоходной разработке недр каждый раз оканчивались ничем. Если геологам удавалось обнаружить что-то похожее на по-настоящему большое месторождение газа, сложность добычи делала проект сверхдорогим, а потому абсолютно нерентабельным.

На сегодня официальные представители руководства страны уверяют, что Таджикистан научился частично обеспечивать сам себя и за первые пять месяцев 2020-го даже незначительно увеличил добычу по сравнению с прошлыми годами. По данным Министерства энергетики и водных ресурсов, с января по май произведено свыше 9,6 тысячи тонн, что на 2,5% больше аналогичного периода 2019-го.

Но проблема в том, что этого прироста явно недостаточно, чтобы закрыть потребности страны, ведь за тот же отчетный период Таджикистан увеличил импорт черного золота почти на 11%, закупив 228 тысяч тонн нефтепродуктов на 121 миллион долларов.

По данным Минэнерго Таджикистана, на сегодняшний день в республике занимаются добычей нефти и газа семь предприятий — «Нафту газ», «Салоса», «Ситос», «Азизи», «Петролиум Сугд», «Сомон Ойл» и Bokhtar Operation Company.

При этом геолого-разведочные работы в стране ограничены. Две компании, которые могли этим заниматься, фактически перестали существовать. Одна — из-за налоговых проблем, другая — в связи с закрытием границ из-за пандемии коронавируса.

К вопросу финансов и нехватки топлива в Таджикистане подошли оригинально. Если покупать «горючку» так дорого — давайте делать ее сами! Примерно так решили в правительстве и начали строить собственные нефтеперерабатывающие заводы. 

К началу 2019-го в Таджикистане было возведено семь объектов, из которых работали только четыре, самое крупное в Дангаре, на территории свободной экономической зоны. Возводила НПЗ Dong Ying heli Investment and Development, дочернее предприятие Китайской национальной нефтегазовой компании (CNPC).

Проектная мощность оценивалась до 1,2 миллиона тонн нефти в год. Выпускать планировали европейские марки бензина – Евро-4 и Евро-5, а также сжиженный газ, дизельное топливо, парафин и строительный битум.

Примерно тогда же появились слухи о строительстве еще одного НПЗ, неподалеку от столицы, в районе Рудаки. Но запуск неоднократно переносили. Проблема не в оснащении завода, а в отсутствии покупателей и рынка сбыта. Проще говоря — свой бензин с учетом доставки сырья оказался дороже импортного.

Казалось бы, ситуация складывается безвыходная — в строительство НПЗ вложены огромные деньги, а вместо прибыли — простой, а то и убытки.

На помощь Таджикистану может придти мировой кризис. Самый пик пандемии коронавируса и срыв сделки о сокращении добычи между ОПЕК и нефтедобывающими странами, включая Россию, Казахстан и Азербайджан, мгновенно обвалили цены на сырье. В начале марта стоимость марки Brent упала почти на 10%, до $45 за баррель — минимум с лета 2017-го. Эксперты вообще предсказывали аж двукратное падение спроса на нефть в 2020-м. 

Дешевая нефть может стать шансом для Таджикистана — если производители, оказавшиеся под угрозой заполнения хранилищ, готовы будут продавать нефть по бросовой, даже убыточной стоимости, лишь бы не пришлось консервировать скважины и приостанавливать добычу. 

Конечно, даже в этом случае, Таджикистану даже в самом оптимистичном будущем ещё далеко до уровня Техаса, но, возможно, страна наконец-то начнет получать реальную прибыль с черного золота.

Прочтите также

Материалы автора: Sherzod Abdulkhasanov

Таджикский журналист-обозреватель. Специализирующийся на освещении событий, происходящих в политике и общественной жизни Таджикистана. e-mail: Abdulkhasanov@polit-asia.kz

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Яндекс.Метрика
en_US