Ирано-российский гамбит в Закавказье: реалии и перспективы

Во второй половине сентября 2019 г. в Закавказье три насущных вопроса, находятся в той или иной стадии обострения.

Первый, и это традиционно – неопределённое состоянии в армяно-азербайджанской конфронтации, а следовательно – проблема Арцаха (Нагорного Карабаха).

Второй – шаги Грузии по актуализации лживого тезиса о «российской агрессии» и, соответственно, решения официального Тбилиси, объективно ведущие к новой вспышке насилия в осетино-грузинском конфликте.

Третий – это некие совместные планы России и Ирана в том или ином сегменте Закавказья, но не исключено – в отношении всего региона.

В связи с третьим вопросом острый интерес представляет то, что в конце сентября намечается приезд в Армению (не визит) сразу и президента России Владимира Путина, и президента Ирана Хасана Роухани.

Но лучшего понимания крайней важности переживаемого периода, вначале надо знать и запомнить, что:

Планировавшаяся на август 2019 г. трёхсторонняя встреча Путина, Роухани и президента Азербайджана Ильхама Алиева без объяснений была отложена на неопределённое время. То есть Россия и Иран не скрывают необходимости подобного формата переговоров, но в то же время считают, что с Азербайджаном обычные переговоры в трёхстороннем формате уже не отвечают интересам Москвы и Тегерана.

Вместо встречи Путин-Роухани-Алиев последовало следующее:

1) министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф анонсировал свой будущий визит в Баку, однако не указал конкретного срока приезда на Апшеронский полуостров;

2) президент Роухани отправился в Сочи, и в итоге состоялись двусторонние консультации в формате Путин-Роухани.

Сразу можем предположить, что срыв трёхсторонних переговоров произошёл по вине Азербайджана, так как Израиль силами своих беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) с территории Азербайджана (по нашим подсчётам – конкретно, из Нахиджеванской области) нанёс удары по штабам и позициям союзников Ирана в Ираке, а именно  – вооружённого шиитского ополчения «Аль-Хашд аш-Шааби». Конечно, Иран обязан был реагировать – и иранская сторона вполне могла убедить Путина в том, что Алиев должен заплатить цену «за предательство», то есть пособничество Израилю в сионистском плане развёртывания тотальной войны против Шиитской уммы мусульманского мира. А Иран – признанный лидер и даже в политическом смысле, маяк для всех шиитов планеты.

Общественность Закавказья давно знает, что если «под прицелом» Ирана оказывается Азербайджан и азербайджано-израильское военное сотрудничество, то почти автоматически туда оказывается втянутой и Турция, которая сразу же после самороспуска бывшего СССР начала позиционировать себя в качестве «старшего брата» Азербайджана.

Не зря в Анкаре и Баку с 90-х годов в ходу заезженная фраза «мы один народ – два государства», авторство которой принадлежит ныне покойному отцу нынешнего азербайджанского президента – Гейдару Алиеву. Поэтому, когда в этом августе в Сочи к Путину спешно приехал и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, это не удивило, хотя если судить по сообщениям российского и турецкого официозов, Путин и Эрдоган в Сочи говорили о чём угодно, но не об Иране и Азербайджане. В это не верится ни на йоту – в Баку точно знали, почему Ирана настоял на своём, и встреча Путин-Роухани-Алиев в трёхстороннем формате не состоялась. Но Эрдоган точно на что-то надеялся, ибо давным-давно, заблаговременно было объявлено, что в сентябре в Анкаре состоится очередная встреча президентов Путина, Роухани и Эрдогана в другом трёхстороннем формате – в рамках «Астанинского процесса» по Сирии.

Очередной саммит трёх президентов – России, Ирана и Турции, уже стал историей (17 сентября). Конечно, трудно представить, что именно этот саммит станет хоть в каком-нибудь вопросе решающим и заключительным. Тем более – в сирийском вопросе, не говоря уже о Закавказье. Ведь Путин, Роухани и Эрдоган периодически встречаются уже много лет, но даже по одной Сирии так и не был найден оптимальный вариант урегулирования. Наше твёрдое мнение – это происходит из-за двуличной и противоречивой позиции Турции, из-за того, что представляясь России и Ирану якобы их союзниками, турки на деле остаются верными слугами США и Израиля. В этот раз стороны по сути не сказали ничего особо нового. Официально – Путин, Роухани и Эрдоган вновь говорили якобы только по Сирии. Участники встречи подтвердили свою приверженность «астанинскому формату» и согласились с тем, что конфликт должен быть решён только мирным путём на основе дипломатических переговоров. При этом главным условием является сохранение территориальной целостности и политической независимости Сирии. Путин отметил, что благодаря работе трёхсторонней группы по урегулированию ситуации в Сирии на основе «астанинских» договоренностей, удалось добиться значительного сокращения уровня насилия в стране и нормализовать жизнь мирных граждан на большой части сирийской земли. Тем не менее, до сих пор вызывает серьёзные опасения ситуация в сирийском Идлебе, который находится под контролем террористов. По словам Путина, лидеры договорились продолжать усилия по «окончательному снятию напряжённости» на данной территории.

Но, как оказалось, двух из трёх президентов больше интересовало, а что там с войсками США в Сирии, с которыми тесно взаимодействует Турция? Соответственно, и с войсками Турции, которые находятся в Сирии без законных оснований. Роухани вновь и жёстко подчеркнул, что войска США находятся в Сирии незаконно и нарушают право страны, которая является членом ООН, на «территориальную целостность и национальный суверенитет как независимого государства». А российский лидер выразил надежду на то, что решение президента США Дональда Трампа о выводе контингента из Сирии, будет осуществлено до конца текущего года. Эрдоган поддакивал, но… Достаточно знать, что он пытался увести внимание Путина и Роухани на лживый тезис о «террористическом коридоре» (вдоль сирийско-турецкой границы), чтобы понять:

Анкара опять увязывает вопрос и американского военного присутствия в Сирии с надуманным вопросом о «сирийских курдах-террористах». То есть Эрдоган опять юлит и многое скрывает. Думаем, что это прекрасно понимают и Путин, и Роухани.

Многие почему-то заострили внимание на том, что, мол, Путин и Эрдоган имели и отдельную встречу, ставя вопрос: а о чём могли закулисно договориться президенты России и Турции? Да о чём угодно. В том числе и о ситуации в Закавказье, на Кавказе в целом. И при этом почти все игнорируют тот факт, что отдельную беседу с Эрдоганом провёл и Роухани, но почему-то никто не задаётся вопросом: а о чём могли вообще говорить за кулисами президенты Ирана и Турции? Опять отвечу – да о чём угодно! Например, по вопросам внутри той же Сирии. Или об Ираке. Или об июльских террористических атаках против Ирана, ведшихся с территории Турции. Или тоже о Кавказе – это ведь именно Роухани ещё в марте предупреждал мир о том, что в планах США переброска боевиков террористической группы «Исламское государство» (ИГ) из Сирии и Ирака не только в Афганистан, но и на Кавказ. Как видим, спектр вопросов, интересующих Путина и Роухани в их отдельных контактах с Эрдоганом неисчерпаем.

Но нас больше заинтересовал тот факт, что накануне президентского саммита в Анкаре министр иностранных дел РФ Сергей Лавров сделал сенсационное заявление. Тут не обойтись без цитаты:

«Война в Сирии действительно закончилась. Страна постепенно возвращается к нормальной, мирной жизни. Отдельные очаги напряжённости сохраняются только на территориях, не подконтрольных правительству САР…».

Вот повестка, с которой в Анкару приезжали и Путин, и Роухани. Даже прозападные СМИ России отмечали – лозунгом саммита стал конкретный приказ Турции: «США должны уйти». И тот факт, что Россия и Иран в очередной раз этот лозунг озвучили Эрдогану, означает, что Москва и Тегеран видят прямую связь между действиями Турции в Северной Сирии и американским военным присутствием в этой стране. Вопрос лишь в том – насколько ультимативны были Путин и Роухани в беседах с Эрдоганом. А то, что Иран и Россия действуют сообща и скоординировано, многократно и наглядно доказывали сами Тегеран и Москва. И понятно, что Эрдогану тут было не до Азербайджана, не до Армении и армяно-азербайджанской конфронтации. Ведь фактически Россия и Иран заставили Эрдогана задуматься над тем, что же ему делать – окончательно рвать союзнические отношения с США и Израилем, или продолжать тянуть время с Россией и Ираном в вопросе Сирии.

И вот в этой ситуации намечен приезд в Армению и Путина, и Роухани. Ещё раз подчеркнём: это не конкретно официальные визиты в Ереван, это просто заранее намеченное мероприятие – очередной саммит в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС), и именно на саммит приглашён Роухани. Идёт процесс (беспрепятственно) ратификации соглашений между ЕАЭС и Ираном о создании зон свободной торговли (ЗСТ). Тоже – из числа крайне важных текущих экономических и политических вопросов в регионе и вокруг региона.

Учитывая «санкционную войну» США против Ирана, и то, что американцы пытаются практически все страны мира вовлечь противостояние с Ираном, если саммит ЕАЭС в Армении состоится, то именно в Ереване будут приняты важнейшие решения, которые определят архитектуру межгосударственных отношений в рамках ЕАЭС на самое ближайшее будущее.

А если учитывать, что ряд стран из числа членов ЕАЭС также охвачен и рамками Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), и что в конце августа с.г. Иран согласовал с Китаем – активным участников ШОС, дорожную карту стратегического сотрудничества и взаимодействия, рассчитанную на ближайшие 25 лет, то мы видим, что антиамериканский (в целом) процесс – это ещё и база для будущего тесного взаимодействия между ЕАЭС и ШОС.

Не случайно иранский президент Роухани именно 18 сентября заявил, что Иран и страны ЕАЭС нашли альтернативу межбанковской платёжной системе SWIFT, что ЕАЭС и Иран будут осуществлять платежи, минуя SWIFT. А 19 сентября было объявлено, что страны ЕАЭС гармонизируют нормы валютного контроля, и т.д.

Но почему возникают сомнения в том, что саммит в Армении состоится? По многим причинам и основаниям. Начнём издалека, но со «свежего» сегмента. 20 сентября в Ереване с визитом побывал министр обороны Ливана Элиас Абу Сааб, проведший переговоры со своим армянским коллегой Давидом Тонояном. Считаем заявления ливанского министра, прозвучавшие на совместной пресс-конференции, чрезвычайно важными, как для армянских граждан, так и для всего нашего региона. И дело не только в том, что министр Абу Сааб явно прибыл в Ереван не только из соображений вежливости и дипломатического этикета – увы, 19 сентября, правительство армянского премьер-министра Никола Пашиняна приняло решение «как можно скорее» открыть посольство Армении в Израиле. А правительство Ливана – безоговорочный союзник Ирана, в связи с чем мы вправе полагать, что пока выяснением нюансов по этому решению, по просьбе Тегерана, занимается правительство Ливана.

Министр Абу Сааб подчеркнул 20 сентября на пресс-конференции, что Ливан и Армения сотрудничают в сфере борьбы с беспилотными летательными аппаратами (БПЛА).

«Наши вызовы находятся на южной границе, мы фактически в состоянии войны с Израилем, хотя активных военных действий сейчас не происходит. Израиль оккупировал часть территории Ливана», – напомнил министр обороны.

Именно поэтому миссия ООН UNIFIL (Временные силы ООН в Ливане) находится в этой зоне, разделяя ливанские и израильские войска. И Армения оказывает своё содействие в рамках данной миссии, отметил Элиас Абу Сааб. Последнее нарушение со стороны Израиля, по его словам, – это отправка дронов со взрывчаткой, которые долетели до южного пригорода Бейрута. Один из беспилотников ливанские силы смогли сбить.

«У Армении и Ливана есть схожие вызовы. Армянские границы также периодически нарушают или угрожают нарушить беспилотные летательные аппараты. В этом направлении мы делимся разведывательной информацией, опытом, чтобы защитить наши страны от подобных или других атак», – сказал ливанский министр обороны.

Мы привели эти цитаты, чтобы читатели на секунду ощутили бы степень заинтересованности Абу Сааба в выяснении истинных намерений правительства Армении в международных делах.

Действительно, у Армении есть своё место в Ливане. Помимо крупной армянской общины в этой стране и того факта, что именно в Ливане находится резиденция Католикоса Мец Тан Киликио (Большого Дома Киликийского) Арама А (Первого), Армению связывает с Ливаном то обстоятельство, что именно в Ливане армянские военнослужащие заняты справедливым миротворчеством, как раз в составе итальянской части миссии UNIFIL. И Ливан стал первой арабской страной, вовлечённой в конфликт с Израилем, где впервые абсолютно легитимно военнослужащие Армении подняли армянский флаг. Тем ценней истинный смысл заявлений Абу Сааба, озвученных в Ереване:

Армения, у тебя такой же вызов твоей безопасности, что и у Ливана – израильские беспилотники… Ещё жёстче – Израиль.

Поняли ли тонкие намёки ливанского министра его собеседники в Минобороны Армении, не берёмся оценивать. Потому что, согласно нашему убеждению, 20 сентября напоминал гражданам Армении и предупреждал не ливанский министр Абу Сааб, а Иран… Слова Абу Сааба – как нельзя к месту и ко времени. Это нынешнее правительство в Ереване демонстрирует полную амнезию. Но граждане Армении же отлично помнят, что израильские БПЛА и израильтяне были задействованы против армян во время апрельской авантюры Азербайджана в 2016 г. Скандал вокруг израильской компании Aeronautics Defense Systems Ltd (ADS) возник после того, как летом 2017 г. представители Минобороны Азербайджана, собирающиеся приобрести новые беспилотники, попросили сотрудников фирмы, прибывших в Азербайджан, показать возможности этих дронов. Для этого операторам предложили нанести удар по армянским позициям в Арцахе. Израильские операторы якобы отказались исполнить просьбу, однако менеджеры компании (отставные военнослужащие армии Израиля) зарядили дроны сами и взяли под прицел армянские позиции.

В феврале текущего года министерство обороны Израиля отменило запрет на продажу Азербайджану беспилотников-камикадзе Orbiter 1K, и израильтяне открыли представительство своих компаний-производителей в Баку. Азербайджан особенно активно закупает израильские разведывательные и ударные БПЛА, у азербайджанцев действуют предприятия по сборке БПЛА по израильским лицензиям.

И, оказывается, что нужен приезд в Ереван министра обороны Ливана, который как мог, но дипломатично дал понять: армяне, у нас с вами общий враг, который «союзничает» с Азербайджаном. В этой ситуации любого наблюдателя должны интересовать пока только два вопроса:

1) когда Еревану открыто заявит о своём отношении к «любовному роману» между Арменией и Израилем непосредственно сам Иран?

2) стоит ли сейчас торопиться с открытием армянского посольства в Израиле, тем более что Израилю ни на микрон не нужно своё посольство в Ереване?

К этому стоит добавить, что во время контактов с представителями посольства Ирана в Ереване удалось выяснить, что иранская сторона, если и не обеспокоена, то по крайней мере очень живо интересуется, что за планы у правительств Армении и Израиля по якобы «зоне свободной торговли» для Израиля в Ширакской области Армении, а на деле – будущей логистической базе Израиля? В иранской дипломатической миссии не сомневаются в том, что это – прообраз будущей шпионской диверсионно-подрывной базы на армянской территории.

Понятно, что если Путин и Роухани одновременно прибудут в Ереван, пусть и якобы только для участия в саммите ЕАЭС, то оба постараются поставить ультимативные вопросы правительству Армении. Ведь будущая логистическая база Израиля в Ширакской области намечена практически по соседству со 102-й российской военной базой в Армении. Как видим, оснований подозревать современное правительство Армении в чём-то двуличном есть как у Ирана, так и у России. К этому добавляется щекотливый вопрос о беспрепятственном доступе российских и иранских специалистов-военных бактериологов-микробиологов на американские военные биолаборатории в Армении, находящиеся «под опёкой» Пентагона США. Известно, что правительство Пашиняна пока никак не реагирует на требования России и Ирана, хотя в конце 2018 г. министр иностранных дел РФ Лавров фактически поставил ультиматум Армении – должно быть заключено соответствующее соглашение между Москвой и Ереваном о контроле над американскими биолабораториями.

Есть и ещё одна проблема, но она сугубо из категории армяно-российских отношений. В Ереване подвергается антиконституционному преследованию в уголовном порядке второй экс-президент Армении Роберт Кочарян. Он и Путин – реальные близкие друзья. И президент России уже неоднократно давал понять, что он является сторонником Кочаряна в его противостоянии с нынешним армянским правительством. В частности, несмотря на то, что Пашинян незаконно удерживает Кочаряна в тюремном заключении, Путин и в 2018-м, и в 2019 м годах публично и демонстративно поздравлял Кочаряна с днём рождения. Ряд армянских СМИ сообщал с начала сентября, что в ответ на упорные усилия Пашиняна добиться отдельных переговоров с Путиным в рамках саммита ЕАЭС, секретариат аппарата российского президента ответил отказом. А пресс-секретарь Путина, Дмитрий Песков не исключил недавно, что будучи в Ереване, Путин может потребовать встречи с Кочаряном, и даже навестить его в тюрьме.

Понятно, что если правительство Пашиняна, при всём том, что никто не сомневается в его «антироссийскости» и «проамериканскости», будет артачиться и не пойдёт навстречу пожеланиям Путина, то не исключено, что в самый последний момент проведения саммита в Ереване будет отменено. И саммит состоится, допустим, в Москве. Соответственно, не приедет в Армению и иранский президент Роухани. И это станет скоорднированным решением между Тегераном и Москвой. Ведь как недавно публично и умышленно, словно для сведения всему миру, подчёркивал министр иностранных дел Мохаммад Джавад Зариф, по меньшей мере последние 6 лет Иран и Россия по всем вопросам ведут 2-сторонние переговоры и действуют в соответствии с 2-сторонними договоренностями и программами. Нет сомнений, что у России и Ирана есть такие договоренности и программы и по Закавказью, не только по Сирии и Ближнему Востоку, а также – и по каждой из закавказских республик в отдельности. Вот, например – если ещё раз вспомнить о нынешней конфронтации между Грузией и Южной Осетией, то можно сказать, что это происходит на фоне не только роста заинтересованности России в безопасности и развитии Республики Южная Осетия, но и двусторонних усилий Южной Осетии и Ирана в развитии гуманитарного сотрудничества.

Поэтому, хотя и многое для Армении в плане российско-иранского нарастающего взаимодействия, выглядит перспективным и многообещающим, в целом всё пока «висит на волоске». И дальнейшее зависит только от благоразумия официального Еревана. Впрочем, это замечание касается также и Грузии с Азербайджаном. Их заигрывания с Западом и Израилем также не остаётся вне поля зрения спецслужб России и Ирана.

Прочтите также

Материалы автора: Sergey Shakariants

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика
ru_RURussian
en_USEnglish ru_RURussian