Смена власти – таджикский вариант

Политическую карьеру Рустама Эмомали иначе как головокружительной не назовешь. 32-х летний политик, по совместительству – сын действующего президента страны (так уж волей судьбы сложилось), за короткий промежуток времени проделал путь от футбольной скамьи до сенаторского кресла в Маджлиси милли – верхней палаты парламента Таджикистана.

В ближайшее время состоится первое заседание новоизбранной верхней палаты, в ходе которого сенаторы выберут председателя и его заместителей. Современные реалии таковы, что пост председателя вполне может достаться Рустаму Эмомали, который «с честью возьмет на себя эту непосильную ношу» из рук своего отца.

Налицо классический случай непотизма, который – одного из видов фаворитизма, предоставляющего привилегии родственникам или друзьям, вне зависимости от их профессиональных качеств. Проще говоря: когда родственники больших начальников сами становятся большими начальниками. К чему такие хлопоты?

Напомним, что на ноябрь 2020 года намечены очередные выборы президента Таджикистана. И, несмотря на то, что согласно дополнительным поправкам в Конституцию республики от 2016 года президент имеет право переизбираться на свой пост неограниченное количество раз, Рахмон, видимо, желает подойти к этому рубежу во всеоружии.

Сомнения в том, что на предстоящих осенних выборах за действующего главу государства не проголосует большинство, практически равны нулю. После того, как свой пост покинул президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, Эмомали Рахмон остаётся единственным долгоиграющим лидером на всем центральноазиатском пространстве. Вот уже 25 лет как он руководит республикой.

Тем не менее, в политических кругах Таджикистана уже давно идет речь о стремлении президента постепенно передать власть своему сыну. Назначение Рустама Эмомали сенатором входит в часть намеченного плана. Специально для этого в 2003 году были продвинуты в Конституцию поправки касаемо снижения возрастного ценза: кандидат на пост президента должен быть не моложе 30 лет. В рамках действующего законодательства до 30 лет нельзя занимать и кресло сенатора. Чтобы переждать время и заодно поднабраться опыта, Рустам Эмомали был назначен на пост мэра Душанбе, тем самым сместив с должности  Махмадсаида Убайдуллоева, одного из ближайших соратников действующего президента.

Логично и стремление главы государства назначить сына председателем верхней палаты парламента. По конституции Таджикистана – это второй пост во властной иерархии страны. А также, и это самое главное, в случае форс-мажора исполнять обязанности президента республики придется председателю Маджлиси милли, в нашем случае Рустаму Эмомали.

Однако этот сценарий не был воплощен в соседних республиках после неожиданной кончины президента Туркменистана Сапармурата Ниязова в декабре 2006 года, а также президента Узбекистана Ислама Каримова в 2016 году. В первом случае Овезгельды Атаев в Ашхабаде был арестован сразу же после смерти Туркменбаши и приговорен к 5 годам заключения, а Нигматилла Юлдашев в Ташкенте отделался от высокой чести честным самоотводом. И, все-таки, исключать этот вариант смены власти не стоит.

Рахмон никогда не может смириться с тем, что бы передать власть в руки стороннего человека, не из его близкого круга. Слишком много сил Эмомали Шарипович потратил на то, чтобы удержать её в своих руках.

После окончания гражданской войны и подписания мирного соглашения, он не стал церемониться с лидерами оппозиции, потом перестали быть нужны Рахмону и соратники, которые казались ему опасными: одни сели в тюрьму, другие перебрался за границу, а кто-то отправился в мир иной. Со временем ему удалось ограничить круг доверенных лиц ограничившись, только ближайшими родственниками и их близкими, причем, происхождением из городка Дангары Кулябской области, откуда родом он сам.

Долгое время удавалось держаться в близком кругу президента Махмадсаиду Убайдуллаеву, о котором мы уже упоминали в статье. Убайдуллаев – достаточно влиятельный таджикский политик, тоже представитель кулябского клана, как и президент. Однако он родом не из Дангары, а из Фархора. Долгое время он находился во главе таджикского парламента, а если быть точным, то с 2000 года. Однако в чем-то их пути все-таки разошлись. И Убайдуллаев сначала был вынужден уйти с поста мэра Душанбе, а теперь и освободить кресло председателя Маджлиси милли. В свете данных обстоятельств, предложение Убайдуллоева – сделать верхнюю палату парламента постоянно действующей, осуществится, но уже не при его руководстве. В чем именно взгляды двух политиков не сошлись, мы можем только догадываться.

Таков в действии таджикский вариант непотизма: старшая дочь – руководитель аппарата президента, старший сын – председатель верхней палаты парламента. При этом не стоит забывать, что у действующего президента девять детей.

Прочтите также

Материалы автора: Porso Nuriddinov

Таджикский журналист-обозреватель. Специализирующийся на освещении событий, происходящих в политике и общественной жизни Таджикистана, Афганистана и Китая, вопросов национальной безопасности, терроризма и кибертерроризма. e-mail: Nuriddinov@polit-asia.kz

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика
ru_RU
en_US ru_RU