Состояние и внутренние угрозы социально-экономической ситуации Узбекистана

26 мая 2021 года в Узбекистане опубликовано очередное информационное издание «Бюджет для граждан», посвященное исполнению бюджета в 2020 году. В документе отмечена положительная динамика роста экономики, а также, что по итогам 2020 года поступления доходов бюджета превысили прогнозные параметры и увеличились по сравнению с показателями 2019 года.

Публикация подготовлена в рамках совместного проекта ПРООН и Министерства финансов РУ «Финансирование устойчивого развития в Узбекистане». Отдельный раздел посвящен роли Государственного бюджета в финансировании Национальных целей в области устойчивого развития. Также представлена информация о дефиците бюджета и источниках его покрытия, исполнении местных бюджетов и государственном долге.

Однако, общественные деятели сомневаются в реальности экономической ситуации в республике, выявляя что за положительной статистикой скрывается эффект низкой базы (ситуация, когда страна «застоялась», и теперь любой рост выглядит как мощный прорыв). К этим недовольствам дополняется, что в стране продолжают «буксовать» реформы в ряде сфер.

Официальные органы РУ опровергают эти сомнения, указывая на высокие экономические показатели в республике. В частности, ВВП Узбекистана в последние 3 года показывает постоянную положительную динамику, несмотря на пандемию. В том числе, РУ действительно взял курс усиление промсектора, тогда как соседние государства усиливают свою зависимость от добывающих отраслей.

Стоит отметить, что сами узбекистанцы не рассматривают эти достижения как заявку на лидерство в регионе, при этом в республике достаточно своих проблем – коррупция, дисбалансы во внешней торговле, медленное продвижение намеченных реформ.

Трансформация экономической модели на экспортоориентированную, пока не демонстрирует положительные результаты. Прирост трудоспособного населения, который будет происходить до 2030-2050-х годов, не сможет обеспечить существующими в Узбекистане программами развития. А в нынешних условиях трудовой миграции, рост безработицы и отсутствие ресурсов на соцпрограммы уже к 2025 г. могут усилить протестную активность.

Обострению ситуации в РУ способствовали ограничительные факторы в период эпидемиологического кризиса, поставившие под сомнение экономическую стабильность и социальную устойчивость – международные финансовые заимствования, рост безработицы, возврат трудовых мигрантов, обострение криминогенной обстановки.

В этом срезе, правительство само акцентирует внимание, что исполнение Государственного бюджета в 2020 году осуществлялось в сложных социально-экономических условиях, обусловленных глобальным распространением коронавирусной пандемии.

Исполнительной властью было признано, что в связи с необходимостью привлечения дополнительных средств для принятия мер по противодействию COVID-19, предельный объем привлекаемых внешних заимствований в прошлом году был увеличен до 5,5 млрд долл., в том числе до 2,5 млрд долл. на поддержку Государственного бюджета и финансирование мероприятий, не связанных с реализацией проектов.

Основную часть крупных привлеченных внешних заимствований на начало года, которые требуется возвращать с процентными надбавками, приходится на долю Азиатского банка развития – 5 млрд долл., Всемирного банка – 3,7 млрд долл., Исламского банка развития – 0,9 млрд долл., что составило 44% государственного внешнего долга.

Азиатский банк развития в своем отчете также подтвердил, что COVID-19, низкий спрос и цены на экспортные товары сказались на экономике Узбекистана. Пандемия и вялый спрос на природный газ и медь практически остановили экономический рост. Необходимые ограничения замедлили деятельность в сфере услуг, транспорта и торговли, потерю рабочих мест. По оценкам АБР, затяжная глобальная пандемия будет и дальше влиять на экономику Узбекистана.

Важное достоинство узбекской экономики, по взглядам общественных деятелей, в дешевизне производимой продукции – даже по сравнению с китайской. При этом население страны, сегодня испытывают экономические трудности. Уровень безработицы в республике официально определен около 13 %-15% (2,3 млн.чел), когда как в реальности на порядок выше.

Согласно данным Всемирного банка, общее число занятых в Узбекистане в 2019 году составило 13,2 млн. человек. Из них неформально занятых – 7,9 млн. (59,8%) и формально занятых – 5,3 млн. (40,2%). То есть больше половины экономически активной рабочей силы страны не имеют социальную страховку и потенциально недоплачивают налоги.

Следует отметить, что проблема «теневой» экономики в Узбекистане носит системный характер.

Сложившаяся ситуация обуславливается рядом причин, включая низкое доверие государственным институтам и финансовой системе, высокий уровень коррупции, отсутствие конфиденциальности в банковской системе и в налоговых органах, высокий уровень налогового бремени и обязательных платежей.

Решением имеющихся проблем в РУ, по мнению лидера социал-демократической партии «Адолат» Н.Умарова, является осуществление судебной реформы, т.е. сделать суды независимыми, организовать Следственный комитет и повышать уровень правовой грамотности населения.

При этом, к судебно-правовой системе имеется низкий уровень доверия со стороны населения республики. Глава демократической партии «Милий тикланиш» А.Кадиров считает о необходимости серьезных реформ в дошкольных и образовательных учреждениях, в семьях, а также внедрения альтернативной системы кредитования и проведения реформ в коммунальной системе. Другие политические партии акцентировали внимание на наличие проблем поддержки МСБ, увеличении занятости и доходов населения, обеспечении продовольственной безопасности, социальной защите граждан и т.д.

По экспертным оценкам, основные трудности системы здравоохранения заключаются в недостаточном финансировании, коррупционных проявлениях, низком уровне профессиональной подготовленности медработников и т.п.

В этих условиях республика становится открытой, на ее рынок заходят иностранные производители, но покупательская способность населения остается прежней. По мнению оппонентов власти, взять хоть в абсолютных цифрах трудовую миграцию, в Россию на заработки по-прежнему уезжает больше узбекистанцев, чем таджикистанцев и кыргызстанцев.

По данным парламента РУ на май 2021 года, 1,7 млн. узбекистанцев работают за рубежом, в основном в РФ и РК.

Поэтому, при подаче узбекской стороны, на заседании Высшего Евразийского экономического совета 21 мая 2021 года особый акцент был сделан на проблеме мигрантов, и в этот день проведенный в РФ Узбекско-российский форум «Права граждан РУ в РФ: трудовые мигранты и их семьи» определил данную проблематику. Кроме того, 30 апреля 2021 года правительством РУ и ЕАЭК подписаны меморандум о сотрудничестве и план действий, в которых предусматривается сотрудничество в области социальной и трудовой защиты работников.

Депутаты в срочном порядке инициируют перед властями Узбекистана вопрос об ускорении принятия закона «О внешней трудовой миграции».

Наряду с этим, Бюро демократии, прав человека и труда Государственного департамента США опубликовало в мае 2021 года отчёт по соблюдению прав человека в Узбекистане в 2020 году, в котором было отмечено, что судебная система Узбекистана не является полностью самостоятельной и объективной.

Ранее оппозиционное издание «ACCA» подметило, как власти РУ произвольно ограничивают гражданские свободы и препятствуют регистрации независимых НПО по надуманным причинам.

В сложившихся неблагополучных условиях, социально уязвимые слои населения все чаще заявляют о гражданской позиции и недовольстве уровнем жизни.

Прочтите также

Материалы автора: Bakhrom Tairkhojaev

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика
ru_RU